- Нет, снова было плохо! - резко прерывает сцену Диляра уже в третий раз, и я сейчас заору. Я понимаю, звезда не в духе, не получается выдать свой лучший перформанс, но ёб твою мать, я уже устал с восторгом в глазах объявлять нашим потенциальным зрителям, что земля чёрная, небо голубое, а за нашими спинами - большой ры-нок, который здесь называют ка-а-ак? Правильно! Башчаршия! Ну и выдумщики эти боснийцы, да? Здесь шумно и многолюдно, а когда же этот прекрасный рынок, Диляра, открылся? Расскажи уже нам, Диляра, когда он, блять, открылся! Видит Бог, ещё один дубль, и я её задушу. Даже Фил начал твердить, что она в кадре великолепна, хотя поначалу был в восторге от серьёзного подхода нашей талантливейшей актрисы. Перед кем ты выделываешься, перед нариком, школьницей и растлителем детей (прости, Хольгер, но эти игривые усишки...)? Просто рас-слабь-ся, у нас сегодня ещё две локации, и одна точно в этих жизнерадостных синих шароварах. Нет, я уважительно отношусь к другим культурам, пусть никто даже не сомневается, но как-то не привык быть молодцом подпоясанным, поэтому, женщина, позволь мне уже вернуться в футболку и джинсы. Я что, так многого прошу?

- меня. зовут. диляра. - отчеканиваю я на камеру, не забывая улыбаться так широко, насколько вообще могу, после чего оборачиваюсь к янису и делаю широкий взмах рукой: - а это - мой друг янис. - и мы сегодня в боснии и герцоговине! - не менее жизнерадостно подхватывает он. - диляра, в каком мы городе? - мы в городе сараево. сараево - это столица боснии и герцеговины. в этом откровенно тупом диалоге выглядим так, как будто обдолбались вслед за филом, а перед нами сидит ясельная группа, внимающая каждому слову. янис не уступает мне в серьёзности, но по глазам вижу, что готов расхохотаться как только оператор выключит камеру. лишь бы не до, я пиздец как не хочу переснимать всё это. - диряра, скажи, что это? - активно артикулируя показывает он на статую за нашими спинами. проводим ближайшие полчаса кривляясь, сцену заканчиваем звонким ударом ладонью о ладонь.